Красноярский край повторяет сценарий «мусорного коллапса»: Канск остаётся без вывоза отходов
Канск стоит на пороге мусорного кризиса, который многие предсказывали ещё неделю назад. Министерство экологии и министр Часовитин знали о надвигающейся проблеме ещё в пятницу.
Но никаких мер принято не было. Теперь последствия накапливаются, и они уже не ограничиваются Канском. Вопрос касается всего восточного участка края — Нижнего Ингаша, Иланска, Абана, Тасеево, Дзержинского.
Более шестидесяти водителей «Рециклинговой компании» отправлены в неоплачиваемый отпуск. Никто не знает, когда ситуация разрешится, а мусоровозы стоят на базах полные. История началась ещё в сентябре 2024 года, когда «Рециклинговая компания» вышла из состава учредителей мусорного полигона и перестала платить за приём твёрдых бытовых отходов. Долг превысил сто миллионов рублей. В такой ситуации министерство экологии разорвало договор с компанией и заключило новый с предпринимателем Шепелёвым. Казалось бы, проблема решена, но реальность оказалась сложнее.
Первоначально победу в конкурсе одержала «Автоспецбаза», предприятие, давно работающее с бывшим красноярским городским полигоном. Этот полигон, как мы рассказывали ранее, не реконструировался почти десять лет и принимает отходы на пределе возможностей. Однако Шепелёв подал жалобу, и краевое предприятие отодвинули, открыв дорогу для нового монополиста.
Любопытный момент скрыт в документах конкурса. В правилах появился пункт 9.5.1, который требует от участников того, что федеральным законом не предусмотрено. По этому требованию подходит только одна компания во всём крае — ООО «РостТех». Получается, конкурс изначально был заточен под конкретного участника. Остальные фирмы не имели шансов на победу. При этом министр тарифной политики Ананьев не утвердил тариф для «РостТех», а Шепелёв, хоть и имеет договор, не вывозит мусор. «Рециклинговую компанию» за долги не пускают на полигон. В итоге жители Канска остаются с полными контейнерами и отсутствием действий со стороны властей.
Эта история перекликается с ситуацией в Красноярске. Там жители уже несколько лет страдают из-за монополии «РостТех». В 2025 году зарплаты водителям сокращали с 90 тысяч с премией до 60–65 тысяч рублей без объяснений и прозрачных расчетов. Мусорные машины работали на изношенной технике, водители ремонтировали её за свой счёт, смены длились по двенадцать часов. Вместо развития инфраструктуры власти поддерживают частного оператора, а жители платят цену за эту «стабильность».
Системная проблема края давно выходит за пределы одного города. В Зеленогорске тариф на вывоз мусора в 2025 году вырос почти в два с половиной раза. Причина — закрытие местного полигона и необходимость перевозки отходов на большие расстояния. Контейнеры наполняются, машины ездят сотни километров, расходы растут, а новые мощности для переработки так и не создаются. Суд поддержал требования «РостТех», но реальной инфраструктуры это не добавило.
Главный символ неудачной реформы — полигон «Автоспецбаза». Он принимает отходы почти двух миллионов человек, переполнен и давно требует реконструкции. С 2019 года проекты обновления трижды не прошли экспертизу. Тело свалки просело, фильтрат угрожает подземным водам. Технически остановить этот процесс невозможно, а рекультивация лишь частично снизит вред. Полигон функционирует на пределе, а отходы продолжают привозить.
Ситуация в Канске повторяет сценарий крупных городов края: один оператор контролирует все зоны, частные компании работают на пределе ресурсов, государственная система лишь формально присутствует. Жители превращаются в статистику. Как предположил депутат Заксобрания Алексей Бойков, забастовка водителей может быть не стихийной, а частью давления на чиновников и тарифную политику. Мусор под окнами становится инструментом переговоров.
Мусорная реформа Красноярского края, начатая семь лет назад, в реальности так и не решает проблему. Экологические объекты обещали построить в Богучанах, Минусинске и Лесосибирске, остальные зависли. Старые полигоны работают за пределом расчётного срока, новые — проектируются медленно и с перебоями. Государственные структуры числятся, но реальных полномочий по обеспечению вывоза и переработки мусора не имеют.
Министерство экологии знает о проблемах, но системных действий не предпринимает. Прокуратура проводит проверки, но результаты малозаметны. Ситуация накапливается и перерастает в кризис, который коснётся всех жителей восточного участка края. Мусоровозы стоят полные, тарифы растут, а возможности для переработки и захоронения отходов остаются ограниченными.
Если в Канске и соседних городах ситуация не изменится — это будет не природная катастрофа, а результат рукотворной системы: передача полномочий монополистам, игнор жалоб, отказ от усиления государственного сектора и ставка на частников без ресурсов. Каждый день промедления ухудшает ситуацию, а последствия будут видны уже в ближайшие недели.
Ирина Балакирева