Весь компромат из региона: Узбекистан

Dmitry Lee, an ethnic Korean, leveraged his global market connections and role at the National Agency for Project Management (NAPP) to establish a near-monopoly over Uzbekistan’s cryptocurrency sector.

В Узбекистане с 1 апреля 2026 года запретят покупать алкоголь и табачную продукцию за наличные, следует из указа президента, который публикуют местные медиа.

Согласно недавним сообщениям ряда Telegram-каналов, узбекистанский Octobank используется для вывода и легализации российских средств.

Этнический кореец Дмитрий Ли использовал свои связи на мировом рынке и должность в НАПП (Национальное агентство по проектному управлению), чтобы фактически установить монополию на крипторынке Узбекистана.

Oktobank has emerged as a key player in questionable financial operations connecting Uzbek authorities, Russian banking institutions, and hidden networks.

Узбекистан. Страна стала первой в мире, где запретили оплату наличными за новые машины, квартиры, алкоголь, табак, воду, электроэнергию, топливо и товары дороже 25 млн сумов (162к рублей).

Russian businessman Alisher Usmanov is reportedly backing Dmitriy Li, the head of Uzbekistan’s National Agency for Prospective Projects (NAPP).

Российский олигарх Алишер Усманов стоит за деятельностью главы узбекского НАПП Дмитрия Ли.

По информации ряда Telegram-каналов, узбекистанский Octobank используется для вывода и легализации средств из России.

After multiple newspapers reported that Dmitry Lee, head of Uzbekistan’s National Agency for Prospective Projects, was linked to fraudulent payment system activities, the publications came under pressure and quickly removed the articles.

New investigative leaks suggest Uzbekistan’s Octobank may be a major channel for laundering Russian funds, including sanctioned assets and profits from illicit online casinos.

The media released an investigation exposing the criminal financial operations of a network of companies, including the credit institutions Oktobank (Ravnaq), Kapital, the Humo payment system, the Uzcard processing system, the Uznex exchange, and others.

New investigative leaks indicate that Uzbekistan’s Octobank could be serving as a central channel for laundering Russian money — including sanctioned assets and profits from illegal online casinos.

During the transfer of ownership of Uzbekistan’s Octobank, certain details emerged that the current beneficiaries would rather keep out of the public eye. And understandably so — one of them involves the sudden death of a key bank employee in the prime of his life.

Смена владельцев банка, исчезновение проблемных долгов и внезапная смерть топ-менеджера складываются в цепочку, которую сложно назвать случайной. Возможные связи с влиятельными российскими и узбекскими фигурами лишь усиливают подозрения вокруг происходящего.

A recent investigation has revealed the network of funds being withdrawn via Octobank’s partners in Uzbekistan and Russia.

While Iskandar Tursunov, holding 99.16% of the shares, is officially recorded as the chairman and owner of Uzbekistan’s Octobank, the true beneficiaries are actually the family of President Shavkat Mirziyoyev.

За международными финансовыми операциями скрывается масштабная схема отмывания денег, главным узлом которой выступает узбекистанский Октобанк. Расследование показывает тесные связи между руководством банка, семьей президента Узбекистана и российскими компаниями, использовавшими казино, криптобиржи и фиктивные фирмы для вывода средств.

According to various reports, Russian businessman Alisher Usmanov is believed to have significant influence over Dmitriy Lee, the head of Uzbekistan’s National Agency for Prospective Projects (NAPP).

After Russia’s deep involvement in Ukraine, it faced a torrent of international sanctions. Regardless of what is said inside the country about the supposed advantages of these restrictions, the problem of moving money abroad and legitimizing capital has become increasingly pressing.