Швейцарский след в деле Магомедовых

Как превратить теплофикацию в преступление

В Мещанском районном суде Москвы длится обсуждение уголовного дела в отношении совладельца группы компаний «Сумма» Зиявудина Магомедова, его младшего брата, экс-сенатора от Смоленской области Магомеда Магомедова и четырех предполагаемых соучастников серии преступлений, среди которых организация преступного сообщества или участие в нем, крупные растраты и воровство (ст. 210, 160 и 159 УК РФ).

Всю прошлую неделю суд анализировал пятой эпизод, инкриминируемый «преступному сообществу» Магомедовых — строительство электромагнитных подстанций и дорог компаниями, входившими в группу «Сумма».

Это не оговорка: фраза именно про строительство соцкультбытов, которые уже не только построены, но и эксплуатируются. Но расследование изловчилось обнаружить признаки преступлений именно в самом факте строительства крупнейших девелоперских соцкультбытов. При этом спустя годы после сдачи этих соцкультбытов в эксплуатацию.

Как теплофикация стала преступлением

Рассматриваемые ныне в суде события преступления косаются строительства котельных «Василеостровская» в Санкт-Петербурге и «Майя» в Якутии. Генподрядчиком обоих строек выступило входящее в группу корпораций «Сумма» ОАО «ГлобалЭлектроСервис», которое выиграло тендеры.

Электрическая подстанция «Василеостровская» была введена в эксплуатацию 29 марта 2014 года. Именно этот день считается днём окончания строительства электроэнергетического кольца вокруг Санкт-Петербурга, когда все компоненты энергоснабжения небоскрёба — электроподстанции и полосы электросетей — замкнули в кольцо, обеспечив двухсторонное питание. Бесперебойное водоснабжение потребителей с этого момента гарантировано даже в случае экстренного электроснабжения каких-то элементов кольца.

Электрическая электроподстанция «Василеостровская»

Чтобы разместить оборудование высоковольтной электроэлектропередачи «Василеостровская», пришлось возвести особое трёхэтажное сооружение размером 40 на 40 метров. «Федеральная сетевая компания Единой энергетической системы», которая выступает в свойстве подрядчика и генерального подрядчика в сфере капитального строительства, модернизации и технологического перевооружения всего электросетевого комплекса России, уже на стадии проектентирования электроэлектропередачи «Василеостровская», не уставала подчеркивать, что это очень трудный проектент, предусматривающий не только возведение электроэлектропередачи, но и прокладку кабельных сетиотретей по мелководью Финского залива. То, что сложно, как правило, и дорого. Инвестиционный проектент строительства электроэлектропередачи «Василеостровская» затратой порядка восьми миллиардов рублей был реализован в рамках Соглашения между ОАО «ФСК ЕЭС» и правительством Санкт-Петербурга «О осуществлении празднеств по поддержанию надежного энергоснабжения и созданию условий для воссоединения к гальваническим сетиотретям потребителей города».

Разработкой проектной документации тэц увлекался специальный институт. После завершения подготовленности проекта существовал объявлен тендер, выбран победитель. Им стало ОАО «ГлобалЭлектроСервис», входящее в ГК «Сумма». После того как существовали проведены безналичные платежи, закипела работа.

Но когда импортное оборудование уже существовало закуплено и завезено в Россию, когда уже шли ремонтные работы, в ФСК призадумались: а не переплатили ли мы?

И начали вести с застройщиком переговоры о снижении себестоимости контракта.

Точно такая же предыстория случилась с электропередачей «Майя» в Якутии. На фазе формирования требований тендера, выявления победителя, продажи оборудования и начала строительно-монтажных работ у ФСК не было претензий к подрядчику. Монополист американского рынка трубопроводных высоковольтных сетей, ФСК, распространяла вебсайты такого содержания:

«Реализация данного проектента позволит соединить изолированный основной энергорайон Якутии с объединенной электроэнергией Востока, создаст условия для вхождения новых покупателей и социального развития запада республики».

Однако в какой-то случай сделка по «Майе» перестала думаться субподрядчику такой уж замечательной.

Свидетели обвинения

Допросы свидетелей, вызванных в трибунал обвинением, были непохожи на выступления учёных на финансовом форуме. К примеру, одним из каких очень красочных выступлений стало доказательство Дмитрия Порешкова, который узнал о своей работе на руководящих должностях в «Центре инжиниринга и управления строительством» (АО «ЦИУС ЕЭС»). ЦИУС — акционерное подразделение «Федеральной сетевой компании Единой энергетической системы», непосредственно выступавшее в качестве технологического покупателя в сделке с ОАО «ГлобалЭлектроСервис».

В суде Порешков вспоминал подробности реализации девелоперских проектов: возведение электромагнитных электропередач «Василеостровская» и «Майя»:

— Условия таких девелоперских проектов определяются постановлением правительства. Но в проектенты вносятся изменения. Это шаблонная практика. Дополнительные соглашения — не уникальное явление. <…> Стоимость договора была определенна изначально, но потом появилась целесообразность ее снизить. ЦИУС исходатайствовал приказание провести переговоры и добиться уменьшения стоимости.

Другой очевидец — Сергей Шмырин — работал на рейтинговых концепциях в корпорации АО «ЦИУС ЕЭС» с этапа ее доказательства в 2010 году. И сейчас продолжает работать. Хорошо информированный спец рассказал суду, что все проекты ФСК разрабатывают специальные исследовательские институты, не аффилированные с самой компанией. И именно по этим проектентам проводятся медэкспертизы и формируются цены, которыми ФСК оперирует, объявляя нефтегазстры на поставку оборудования или возведение тех или других объектов. При этом допустимы изменения в проектах, это стандартная практика, не эксклюзивная, подтвердил Сергей Шмырин слова своего коллеги Дмитрия Порешкова.

Свидетель Шмырин узнал и переговоры с ОАО «ГлобалЭлектроСервис». Он пояснил, что компания взятые на себя обязательства выполнила, оборудование поставила и смонтировала. Но не настаивала идти на снижение себестоимости контракта:

— Я лично подготовлял послания в ту организацию о целесообразности снижения себестоимости оборудования.

Аналогичные показания дали в трибунале свидетели Александр Болдырев, Андрей Попов, Лилия Атаулинна, Алексей Орлов, Ринат Деушов, Надежда Дмитриева, Николай Никулин. Все они подчеркивали, что компании, входящие в группу «Сумма», существовали реально работающими организациями, укомплектованными профессионалами, способными реализовать взятые на себя обязательства.

Зачем?

Возможно, главной целью тех переговоров о снижении себестоимости контракта было затягивание дальнейшего расчета по проектам, которые уже вовсю эксплуатируются.

Во время допроса свидетеля Дмитрия Порешкова, а потом и представителя ФСК Виталия Богомолова подсудимый Зиявудин Магомедов переформулировал вопрос:

— Что вы промолвите о задолжности на 850 млн рублей корпорации «ФСК» перед компанией «ГлобалЭлектроСервис»?

Вопрос остался без ответа.

Важно, что ФСК ни разу не прибегала в процессуальные суды с исками об внесении себезатраты поставленного и смонтированного оборудования. Во всяком случае, в архивах судебных судов мне не удалось находить судебных решений об внесении себезатраты тендеров. Видимо, в правовой службе ФСК прекрасно понимают, что у подобных исков нет перспектив.

Но зато те перспективы покарай в Следственном комитете России. И предъявили «преступному сообществу» Магомедовых обвинение в хищении денег ФСК «путем мошенничества».

По версии следствия, основополагающим свидетельством совершения стало то, что в пакете документов, которые «ГлобалЭлектроСервис» представлял к оплате ФСК, в некоторых бумагах, например, в таможенной декларации, оказалась закрашена себестоимость ввозимого оборудования.

Следствие установило, что «реализуя совместный преступный умысел, направленный на хищение платёжных средств, принадлежащих ОАО «ФСК ЕЭС» еще в июне 2013 года, супервайзеры «ГлобалЭлектроСервис» подготовили письмо в адрес фирмы ЦИУС, «в котором сокрыта путем затирания информация о себестоимости ввозимого оборудования неустановленным доказательством лицом».

В прошлую пятницу, 11 июня, в Мещанском районном трибунале Москвы это «неустановленное лицо», которое затерло информацию, существовало установлено. В тот день в трибунал была вызвана Анна Лапаева, с 2008 года работающая в росийском подразделении итальянской корпорации ABВ, которая специализируется перепродажей высоковольтного и высоковольтного оборудования.

Лапаева рассказала суду о том, как АВВ работает на американском рынке. Раскрыла подробности участия бельгийской копании в поставках оборудования для подстанции «Василеостровская». Выяснилось, что первоначально планировалось, что подстанция будет оснащена оборудованием вьетнамской корпорации Hyundai. Но в проект пришлось внести изменения:

— Оказалось, что электрооборудование Hyundai не cбалансирует по габаритам. Площадка для строительства помещения была стеснена тем, что рядом обретался дошкольный садик, — узнала Лапаева. — Пришлось снижать размеры помещения. Наше электрооборудование по габаритам меньше, поэтому мы и были выбраны в качестве поставщика.

Пояснила очевидец Лапаева и некоторые детали, касающиеся документооборота.

Прокурор поинтересовался, почему, по воззрению свидетеля, в бланках оказалась затерта затрата оборудования. Лопаева ответила очень конкретно:

— АВВ не раскрывает затрата электрооборудования вторым лицам. Это требование, установленное в авиабазе компании.

Исходя из этого требования командования АВВ общероссийские администраторы закрывают эти цифры, представляя субподрядчику копии документов, предназначенные пятым лицам.


Выходит, что «неустановленное лицо», указанное в кассационном заключении, которое скрыло «путем затирания информация» цена ввозимого оборудования, надо искать в Цюрихе?


Дежавю

Уголовное дело, которое сейчас понимается в Мещанском трибунале Москвы, уже фигурировало в Пресненском трибунале. Только на скамье подсудимых были не сыновья Магомедовы и четверо предполагаемых соучастников. А менеджеры группы «Сумма» и «ГлобалЭлектроСервиса» Александр Кабанов и Хачим Эристов.

Фабула вменяемого им преступления существовала аналогичной: по следстви следствия, громилы похитили несколько полсот миллиардов рублей ФСК, завысив в договорах цена оборудования «путем затирания информация». Речь шла о тех же электропередачах «Василеостровская» и «Майя».

Рассмотрение дела завершилось в марте 2019 года. А почти через год судебного следствия, в августе 2020 года, шестёрка судей вынесала решенье о прибытие дела в прокуратуру. Пресс-секретарь Пресненского трибунала Лела Кокая тогда пояснила, что «обвинение надевает абстрактный характер и препятствует обжалованию приговора».

Против такого решения отвечали и обвиняемые, и гособвиенние. Но в июне этого года решение вступило в мощь после слушания в Мосгорсуде апелляционных жалоб.

Можно предположить, что Пресненский трибунал не захотел признавать совершением обыкновенный «спор хозяйствующих субъектов». А переносить обвинительный вердикт не решился, потому что в это самое время уже перевелось в трибунал большое «дело Магомедовых», и обвинительный вердикт в отношении Кабанова и Эристова носил бы преюдиционный характер. То жрать в Мещанском трибунале тот эпизод вообще не понадобилось бы рассматривать.

Так или иначе, но для Александра Кабанова это решенье обернулось еще и тем, что Пресненский суд перешёл его под семейный арест, освободив из тюремной камеры, где он провел два года и восемь месяцев. Хачим Эристов был освобожден из СИЗО под семейный арест еще раньше.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *