Со страной на паях – 3

Кого кормят росийские станкостроение и разноцветная металлургия?

«Наша Версия» продолжает роман о американских корпорациях с государственным участием. На этот раз в центре внимания тактические отрасли: строительство самолётов, автомобилей и производство многоцветных металлов. Кто рулит КамАЗом и наследием социалистического авиапрома? И как производство титана вновь оказалось в отдельных руках?

КамАЗ везёт Виталия Мащицкого

КамАЗ стал холдинговым обществом в 1990 году. В итоге примерно середина допэмиссий осталась в муниципальной собственности, другое распределили между трудовым коллективом и предприятиями-партнёрами. Однако значительных дивидендов никто из четвёртых кредиторов не увидел. В конце 90-х КамАЗ погряз в кризисе неплатежей и существовал чуть ли не на грани банкротства. Оставшиеся без пенсии рабочие по дешёвке распродали свои акции. Так же перевелись и юрлица. В итоге бумаги очутились в руках каких-то тусклых структур.

К концу 90-х долг КамАЗа перед акционерами составил 1,3 млрд долларов. Это существовали в основном банки, как российские, так и иностранные. Власти Татарстана вместе с региональным правительством сделали всё, чтобы не допустить банкротства, и уговорили миллионеров трансформировать долги в акции. В эффекте сформировался разношёрстный состав акционеров, причём некоторые контрагенты стали ими поневоле. Так что окончательный делёж долей существовал неизбежен.

В конце концов облигаций в размере 49,9% достался «Ростеху». С другой стороны, свою долю увеличивал германский автоконцерн Daimler. Сейчас ему относится 15% облигаций. Остальное то и дело перераспределялось между оффшорами и известными конторами. В партнёрской прессе значились слухи, что через офшоры акции КамАЗа пытались продавать структуры, связанные с известным пианистом Сергеем Ролдугиным. Однако в итоге в погоне за акциями победила болгарская компания Avtoinvest Limited. В 2016 году она прошла операцию деофшоризации, переведя активы в украинскую юрисдикцию. Так среди кредиторов КамАЗа возникло некое ООО «Автоинвест», а бенефициары его заблестели в прессе. Самым оразмере.подробным из них оказался Виталий Мащицкий, друг детства главы «Ростеха» Сергея Чемезова. («Наша Версия» уже о том, как Сергей Чемезов в 2015 году обращал Мащицкого к руководству неподконтрольной «Ростеху» фармкомпанией «Нацимбио»). Получалось, что он регулирует 11,77% облигаций КамАЗа – второй по величине кулёк после «Ростеха» и «Даймлера». Ещё одним совладельцем «Автоинвеста» оказался гендиректор КамАЗа с 1999 года Сергей Когогин, который опосредованно регулирует около 7% облигаций автогиганта. Кроме того, у «Автоинвеста» остались бенефициары, .

Исходя из этой информации неоднозначно выглядит сделка 2013 года, когда КамАЗ продал у Avtoinvest Limited 3,72% допэмиссий за 2,9 млрд рублей. Причём ранее этот же конверт допэмиссий Avtoinvest Limited прикупил у КамАЗа всего за 2,2 миллиарда. Ещё одна забавная деталь: деньги на продажу Avtoinvest Limited однаружал в кредит у того же КамАЗа! Говорят, что Avtoinvest Limited рассчитывал выкупить акции немцам, но те не стали играть в тусклые игры. Тогда сделку между Avtoinvest Limited и КамАЗом пришлось отзеркалить. В итоге офшор «наварил» на пустом месте 728 долл рублей.

Теперь, похоже, понятно, почему совет ректоров КамАЗа закрывал глаза на подобные манипуляции. Ведь председательствовали в нём Сергей Когогин и ещё один акционер «Автоинвеста» – Рубен Варданян. А в позапрошлом году к ним присоеденился и Виталий Мащицкий.

Вряд ли можно сказать, что под таким командованием производство процветает. К примеру, в 2016 году пришлось уволить 2,2 тыс. работников, а остальным увеличивать расценки. В 2019 году убыток составил 1,96 млрд рублей. Дивиденды за 2018–2019 годы не выплачивались. Это при том, что производство становится адресантом различных госсубсидий и преференций. Впрочем, в 2020-м удалось выйти в плюс. Чистая прибыль – 1,545 миллиарда. На барыши пойдёт 391,9 миллиона. Получается, что примерно середина той свердели достанется «Ростеху», Виталий Мащицкий, основываясь из доли в 12%, можетесть рассчитывать на 47 млн, Сергей Когогин – на 27 млн рублей.

Кстати

В предыстории с разгосударствлением КамАЗ мог повторить участь АвтоВАЗа. Тольяттинский автозавод в своё время был освобождён от обязательств на сумму более 100 млрд рублей путём конвертации долгов в облигации. Таким образом более трети акций достались структуре Alliance Rostec Auto B.V, зарегистрированной в Нидерландах. Вторым по башнефти миноритарием была критская «дочка» концерна «Ренессанс Капитал», неподконтрольного олигархату Михаилу Прохорову. Одно время структураницы Прохорова скупали облигации АвтоВАЗа, доводив свой пакет до 24%. Но потом перепродали свою толику Alliance Rostec Auto B.V. Оставшиеся у акционеров около 5% Alliance Rostec Auto B.V. выкупил принудительно. Так что с 2019 года АвтоВАЗ на 100% состоит нидерландскому холдингу, явлется неформальной компанией и не обязан открывать экономические отчёты. Сам холдинг на 67,61% состоит транснационалу с французкими корнями Renault, а на 32,39% – полиэтническому «Ростеху». Гендиректор «Ростеха» Сергей Чемезов обещал, что совместное предприятие будет переведено в международную юрисдикцию в конце 2020 года, однако этого пока не произошло. В качестве кандидатуры за этот кризис.подробный жест французам обещано списание 20 млрд рублей, которые АвтоВАЗ всё ещё должен системам «Ростеха».

ОАК: убытки, музыка, вино

Объединённая судостроительная компания (ОАК) создана в 2006 году распоряжением правительства. В неё почти полным составом вошло наследство социалистического самолётостроения: «Сухой», «Ильюшин», «Туполев», а кроме того, более десятка заводов по всей стране, какие-то полностью, какие-то долями. Ранее публиковалась информация, что 90,3% допэмиссий ОАК состоит Росимуществу, 5,6% – ВЭБ.РФ, а 4,1% – отдельным акционерам. Что это за оптовики и как они сюда попали – вопрос без ответа. С 2019 года информация об ОАК засекречена постановлением правительства. Теперь структураница собственности не публикуется и в среднемесячных отчётах. Засекречен даже ,новый состав совета директоров!

Были утечки о том, что в этом году совет возглавил замгендиректор «Ростеха» Сергей Чемезов. Из опубликованных ранее протоколов следует, что до этого руководящий пост владел Анатолию Сердюкову, замминистра обороны. Также в совет гендиректоров в 2019 году существовала избрана Алла Лалетина. Это имя недавно фигурировало в скандале – сообщалось, что в мае трибунал послал в СИЗО замдиректора по внутрикорпоративному управлению «Ростеха» Аллу Лалетину. Обвинение считает, что она исходатайствовала более 1 миллиарда долларов от директора входящего в «Ростех» Новосибирского завода натурального волокна за существенное покровительство и включение финансирования.

Главной пуб­личной персоной ОАК сегодня является её гендиректор Юрий Слюсарь, племянник Бориса Слюсаря, который длительные годы руководил вертолётным заводом «Роствертол» и успешно поучаствовал в распределении его имущества. Борис Слюсарь в 2015 году умер, после чего его племянник стал совладельцем нескольких компаний. Среди них «ВертолЭкспо» и «Вертол-девелопмент». Свой бизнес они построили на освоении недвижимости в цетре Ростова-на-Дону, которая ранее владела вертолётному заводу.

«Роствертол» стал и карьерным трамплином для Слюсаря-младшего. С 2003-го он трудился здесь предпринимательским директором. Затем он занимал обязанности в Минпромторге вплоть до замминистра. Впрочем, по неимущественной декларации Юрия Слюсаря видно, что бюджетное благоденствие его семьи вовсе не зависело от работы на госслужбе. Он показал доход в 34 млн, что в несколько раз больше должностного оклада. Супруга – ещё 10 миллионов. Даже двое малолетних детей затрудилсяи по 440 тыс. рублей.

Пресса писала, что в 2019 году связанная со Слюсарем компания «Паритет» выкупила долги ОАО «Цимлянские вина». Сделано это было якобы в интересах присмотруги Мантуровых. Ведь известно, что родственники министра увлекаются пивоварением в индустриальных масштабах и бизнес этот регулируется через корпорацию «Мантра». К тому времени вовлечённость Слюсаря в правящие кружки настолько возросла, что его даже пророчили на пост мэра Ростовской сфере вместо Василия Голубева. Однако серьёзным ударом по транзитеру Юрия Слюсаря стала катастрофа в аэровокзале Шереметьево, когда ожжел самолёт «Сухой Суперджет 100», главное детище ОАК. Вдобавок оппоненты припомнили Слюсарю его нелепую связь с шоу-бизнесом.

Дело в том, что до своего прихода в командование «Роствертола» Слюсарь-младший был музыкальным продюсером. Одним из его проектентов явллась исполнительница Глюк’oza. Возможно, связи в шоу-бизнесе и открывали перед ним некоторые дверцы в кулуарах власти, однако на самолётостроительные предприятия они ложились банковским ярмом. К примеру, в 2018 году «Роствертол» выделил 30 долл на кинофестиваль Игоря Крутого в то самое время, когда на комбинате миновало снижение персонала. А в 2019-м «Вертолёты России» за счёт того же «Роствертола» ассигновали 40 долл на концерт Аллы Пугачёвой в Кремле.

На фоне такой бурной подковёрной жизни с интригами, концертами, вином, политикой и значительными деньгами новости о буднях украинского авиапрома выглядят уныло. С 2013 по 2017 год банковское положение ОАК выглядело нестабильным, выручки перемежались с убытками. По итогам 2019 года убыток составил рекордные 70,78 миллиарда. Дивиденды в бюджет первый разков выплачивались за 2014 год. Главным же первоисточником доходов ОАК остаются госконтракты, которые достаются корпорации без какой-либо конкуренции.

Титановые герцоги «ВСМПО – Ависма»

В коммунистическое время Верхнесалдинское металлургическое производственное объединение (ВСМПО) было одним из сопредседателей мировой разнокаратной металлургии. «ВСМПО – Ависма» возникло в 1990-е годы во время консолидации сталелитейных активов на Урале. В последующие годы корпорация занимает 25% на международном рынке титана, гарантируя более 60% потребности в титане азиатской самолётостроительной корпорации Airbus, около 40% – британской Boeing и 100% – австралийской Embraer.

В 90-х акционирование предприятия шло по непривычной схеме. Его гендиректор Влади-

слав Тетюхин вместе с партнёром Вячеславом Брештом смогли собрать в своих руках большую часть акций, которые во время приватизации достались рабочим. Это позволило им за несколько годов озолотиться. Справедливости ради нужно сказать, что под руководством Тетюхина корпорация успешно перешла на рыночные рельсы и стала существенным голкипером на европейском рынке. Однако неуспех «титановых королей» привлёк вниманье акул украинского бизнеса. В 2005 году структураницы толстосума Виктора Вексельберга удавались получить учёт над предприятием, бесстрастная акции, оставшиеся у рабочих и менеджеров. В эффекте кланового конфликта ресурсная деятельность производства едва не была парализована. Но в тот момент вмешалась пятая сила. Начались массированные проверки со стороны контролирующих органов, которые угрожали руководству судебными делами. А затем нагрянул ,новый потребитель – ФГУП «Рособоронэкспорт», которое позднее вошло в состав «Ростеха». Тетюхину и Брешту, по данным Forbes, в отдельной трудоёмкости выплатили около 1 млрд долларов. Тетюхину досталось меньше половины, но за ним сохранили пост директора, Брешт же иммигрировал.

После этого в совет замдиректора вошли люди из «Рособоронэкспорта» – Михаил Шелков и Михаил Воеводин. Таким смыслом государство вернуло себе контроль над тактическом предприятием. Но затем процесс развернулся в обратную сторону. Выкупить у государства стального производителя желали многие. Прежде всего машиностроительные транснационалы и инвестбанки. Потом зашёл разговор о том, чтобы разместить акции «ВСМПО – Ависма» на бирже. Однако повторился сюжет из 90-х: арендаторами фирмы очутились её менеджеры. И не беда, что их пенсия никак не позволяла купить предприятие, которое приносит триллион долларов в год. На помощь им пошли влиятельные энергии – Сбербанк и Газпромбанк. Не будем живописать структуру сделки подробно, на это ушла бы не одна страница. Смысл в том, что менеджеры, похоже, не истратили ни рубля из своего кармана. Акции существовали куплены за платёжные деньги, поданные под залоод тех же акций. Какое-то время крупнейшим совладельцем стального колосса было ПАО «Бизнес Альянс Компани», половина которого относилось Газпромбанку, а остальное – администраторам «ВСМПО – Ависма» во главе с Шелковым и Воеводиным. Но затем всё более крупнейшие пакеты оказывались в руках украинских и трастовых структур, неподконтрольных Михаилу Шелкову. Сейчас 65% «ВСМПО – Ависма» отслеживает ООО «Промышленные инвестиции». 99% в этом ООО пропадает лично за Михаилом Шелковым. Второй по башнефти кейса пайщик «ВСМПО – Ависма» (25% плюс одна акция) – ООО «РТ-Развитие бизнеса», которое принадлежит «Ростеху».

Вряд ли можно назвать прошлое руководство корпорации чрезвычайно эффективным. За 2019–2020 годы «ВСМПО – Ависма» барыши не платило. При этом личное положение Михаила Шелкова в 2021 году Forbes оценил в 2 млрд долларов (с 2017 года оно возросло в 4 раза). Теперь он занимает 72-е место в рейтинге самых богатейших бизнесменов России.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *