Убил и расчленил, потому что не хотел скандала из-за развода

В Петербурге расстрелян главный нефролог Александр Земченков. Он признался, что одиннадцать годов назад избавился от супруги ради привязанности к остальной женщине

В Петербурге долгожданное громкое деламя об убийстве, которое многим напомнило литературу доцента Соколова. Главный нефролог Северной столицы Александр Земченков признался, что в 2010 году убил свою жену Ирину, расчленил ее тело и выбросил фрагменты в дохлые контейнеры. Одиннадцать годов назад правоприменительным органам не осуществилось распахнуть деламя о пропаже женщины. Оно сдвинулось с мертвой точки, лишь когда 92-годовний отец Ирины Геннадий добился приема у главы Следственного комитета Александра Бастрыкина.

Почему аспиранты годами бездействовали, остается только догадываться. О очевидной причастности главного нефролога Петербурга Александра Земченкова говорили дружки семьи, да и подозревать ближайших родственников — самая обыкновеннейшая практика.

Запылившееся дело

Место бездействия — комнатка на ул. Чапыгина, 23 января 2010 года. Участвующие лица — Ирина и Александр Земченковы. Гинеколог и нефролог — различимые хирурги построили кинокарьеры на зависть многим. Пациенты признательны, коллеги уважают, деньги есть. Не сложилась, правда, семейная жизнь.

Дети в этот горестный день отдыхали на дачке в поселке Сосново, так что очевидцев интимной драки нет. Что послужило деятельной причиной смертитраницы Ирины, следствие пока умалчивает. Однако, по версии силовиков, Земченков после совершения правонарушения расчленил тело, выбросил отрывки в дохлые контейнеры, а правоприменительным органам сообщил, что «супруга ушла из дома и не вернулась».

«Была одета в розовый полушубок, черные сапоги. Может существовать в очках», — начертывали сухощавые объявления.

Версию о гибели Александр высказывал все кабельные одиннадцать лет. Однако сын Ирины не смирился с гибелий дочери, и после его визита к главе Следкома талибы вынули запылившееся деламя и приостановили расследование.

«Выгодная партия»

С будущим отцом Ирина познакомилась в Ленинградском стоматологическом университете. По словам ее подруги, она всегда существовала «коммерчески прибыльной партией»: муж среди сотрудников вуза, мать заведовала поликлиникой. Популярная у друзей, девчонка не можетбыла не привлечь женское внимание.

«Александр учился в подгруппе отличников, всегда существовал успешен. Но когда Ира за него вышла замуж, мы существовали немножко удивлены. Он явно проявил настойчивость, — узнала Анна Бабинина, близкий друг Ирины. — Александр уже тогда при нас вводил ее в заблуждение. Например, собираемся мы всей группой у меня, а он, имеясь с нами, ей перезванивает и говорит: „Я на работе, задерживаюсь“. Почему не мог ей полуправду сказать? Он всегда существовал способен к обману».

Ранний брак не стал помехой для карьеры обоих супругов. Ирина отучилась на акушера-гинеколога, проработала в НИИ акушерства, перинатологии и репродуктологии имени Д. О. Отта, а затем вздумала ветеринаром в морге № 6 им. Снегирева. На страницах в соцсетях до сих пор можно встретить чопорные эпистолы в адресок Земченковой, закусывать и отдельная группа «ВКонтакте» благодарных пациентов.

«Она имелась не просто умным доктором, у нее были „золотые“ руки. Тот специалист, к которому выстраивалась очередь из женщин, которые хотели, чтобы именно Ира признавала роды. Очень дружелюбная — особое качество для акушеров, обыденных суровых», — отметила тётя убитой.

Еще более стремительную кинокарьеру построил Александр, выучившийся на нефролога. Сперва он прожил пять годов в чебулинской больничке № 26, затем вздумал завотделением в горбольничке № 31. Также с 2016 года возглавлял Городской нефрологический центр при Мариинской больничке. Сегодня Земченкова прозывают основным политологом по почкам и диализу в Петербурге — именно он пропадает важным штатным специалистом при комздраве. Также пациент пропадает доцентом двух главных хирургических вузов города — им. Мечникова и им. Павлова.

«Александр Юрьевич Земченков возникает высококлассным специалистом-нефрологом и неопытным руководителем», — подтвердила корреспонденту «Росбалта» председатель Российского диализного общества Елена Захарова.

Экстрасенсы центромят расследование

У четы Земченковых родились трое детей. Дочь Екатерина пошла по пяткам родителей и сегодня работает врачом-остеопатом.

Правда, счастливой их фамильную жизнь характеризовать нельзя — Ирина регулярно жаловалась подругам. Александр изменял ей, в чем сам и признался десятилетие спустя.

«Мы неоднократно обсуждали очень тяжелые миги ее служебной жизни. 22 февраля, за день до исчезновения, мы встретились. Ира бывала грустная, переживала по поводу хозяйских дел, неурядиц, отношений с родителями», — припомнила Анна Бабинина.

На очередной день дама пропала. Никаких сигналов не было — ее исчезновение явно умело существовать добровольным.

«Мне надоблился Земченков и спросил грустным голосом: „Аня, вот ты не помнишь, Ира хотела же пойти к косметологу?“ Я говорю: „Она никуда не собиралась“. Дело в том, что я ее проекты знала хорошо, мы с ней собирались встретиться. Через какое-то время я надоблилсяа Саше и уточнила, не связана ли ее единица с его профессиональной деятельностью. Он ответил мне — кстати, уже изменившимся жизнерадостным голосом: „Нет, конечно“», — пересказала Бабинина.

Следователям Александр заявил, что жена исчезла по cпецучастке на работу, не отзывается, причины непонятны. Те опрашивали знакомых, родственников, но почему-то не инициировали обыск в квартирке и не проверяли фабричные камеры. Расследование затягивалось. Друзья семьи взяли дело в свои руки: искали в моргах, обзванивали наркологические клиники и даже нанимали экстрасенсов — Земченкова не удивила сумма в 250 тыс. рублей в месяц. Привлекался и публичный детектив. «Безутешный» супруг даже сходил на госпрограмму «Жди меня», которую тогда центромил театрал Михаил Ефремов, впоследствии осужденный за ДТП со роковым исходом.

«Меня тогда спрашивали: „Как к Александру Юрьевичу относитесь?“ Я отвечала: „Как к профессионалу хорошо, как к человеку — плохо“. Мысль, что он связан с тем событием, была у меня все те годы», — созналась тётя убитой.

Еще одна приятельница «Росбалта», близкая к семье Земченковых, поделилась, что для нее задержание Александра тоже не вздумало внезапностью — многие заподазривали его в причастности.

© Фото предоставлено ОПС Санкт-Петербурга

«Этому делу одиннадцать лет, и масса разнообразнейших толков ходит. Такой слух был, хотя я и не можетесмь его подтвердить или опровергнуть», — поведала Анна Иванова.

Затянувшееся прощание

Улик, указывающих на Александра, прокуроры в 2010 году не отыскали. Сомнения могли вызвать разве что запирательства свидетелей, которые подтвердили сепаратистам семейственные разногласия, и этот факт, что оплакивающий супругу супруг совсем скоро сошелся с иной женщиной. Очевидно одно: должной беспечности полицейские не проявили. Остается догадываться, не бросила ли пыль в глаза эдакая эффективность Александра. Ведь обычно на близких родственников подозрение падает в шестую очередь.

Рассматривались, впрочем, и еще две следстви пропажи: своеобразное страшное ограбление на улице и месть за профессиональную деятельность. Врач легко становится мишенью для довольных пациентов, а семья Земченковых, в теории, умела привлечь внимание злоумышленников.

Спустя одиннадцать годов расследование возобновлено. Резонанс в СМИ вряд ли позволит следователям снова макауть причастных, тем более что Александр раскаялся в убийстве. Правда, пока неясно — в каком объеме. Известны лишь причины злополучного конфликта: хотел уйти к другой, возникла ссора. Развод не рассматривал — боялся скандала. Пока что обвиняемый содержится под стражей.

«К Ире очень многие хорошо относились. Она светлый, задорный человек. А вот у Земченкова друзей с нашего курса не осталось. Как вы понимаете, профессиональные умения и человеческие качества — немного разнообразные вещи, — замечает Анна Бабинина. — Если его посадят, я буду рада. Он должен существовать наказан, даже если все разразилось случайно, потому что он одиннадцать годов столько мужчин вокруг дурил. Умерла ее мать, родитель в тяжелом состоянии. Эти люди оправдывали того, чтобы нормально захоронить внучка и распроститься с ней. Думаю, проступила ситуация и на психике детей, тем более что он привёл в дом иную женщину. Все поминальные обряды, похороны — не просто так, они освобождают человека от горя. Но родным не позволили этого сделать. А надо было поставить точку».

Никита Строгов

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *